Моя хранимая Химари - Страница 251

251

— Хм, вот как, значит, всё было? Хм. — Айджи.

Кажется, не поверил. Очевидно, у него больше информации обо мне и моих мотивах, чем должно быть. Знает про добровольное приглашение Наруками? Тогда даже без анализа, одно из двух: смогли поймать и расколоть одного из лейтенантов якудзы, который знал об инструкциях Райдзю, а именно пригласить оникири, который нападёт, в базу для переговоров… либо же меня действительно сдал с потрохами Даичи.

— Айджи-семпай, ты не хочешь мне ничего рассказать? Я с тобой был довольно честен, умолчав лишь незначительные детали, которые являются тайной Амакава.

— Хм… хм? Например, что именно?

— Айджи-семпай, я очень сильно изменился с тех пор, когда ты мне делал внушение о злобности аякаши. Прошу тебя, не держи меня за простака. Не бывает таких совпадений. Вы атаковали, как только я сломал стационарную защиту места демона… Не моментом раньше или позже. Мне стоит озвучить вопрос, или ты уже догадался о том, что я хочу спросить?

— Юто-кун, есть вещи, которые я не могу рассказать.

Крепкий орешек. Моя откровенность его не впечатлила.

— Тск, плохой из тебя гость. Приходишь в мой дом, взрываешь ворота, забираешь что плохо лежит…

— Я понял уже, прекрати. Хорошо, я расскажу, что могу.

Уже лучше. Подождём, пока он соберётся с мыслями.

— …Расскажу, на одном условии.

— На каком же, позволь узнать?

— Если ты ответишь на один вопрос… Как так вышло, что ты самостоятельно смог преодолеть последствия блокировки магии и воспоминаний? Судя по твоему поведению, ты помнишь события из детства… да и магию можешь использовать, судя по тому, что ты жив и относительно здоров, после столкновения с очень опасным противником.

Анализ… Успешно.

Кое-что мне определённо не нравится. Откуда он вообще знает, что у меня были заблокированы воспоминания? Откуда это знает Куэс и четвёртый отдел в лице Кабураги? Родной биологический дед этого тела что, прошёлся по Такамии, крича в рупор о том, что собирается лишить меня всего? Я уже задавался себе вопросом, зачем собственно ВООБЩЕ понадобилось блокировать мою магию и воспоминания, но так и не пришёл к единому выводу. Сказанное Химари о том, что за мной некому присмотреть, охраняя от аякаши, и поэтому меня «спрятали» до тех пор, пока я не обрету самостоятельность, уже давно разбилось об факты — у Амакава есть целая организация для поддержки основного рода с уникальными способностями. Скорее уж меня хотели спрятать от совсем другого противника… вполне человеческого происхождения. Однако, чего гадать: раз Айджи и так знает о блокировке магии и памяти, то я, в общем-то, ничего нового ему и не смогу рассказать. Однако, если верить его слову, а у меня пока нет причин ему не верить и есть кое-какие причины именно что верить, взамен на более подробное освещение моей версии с «фамильным оберегом», он расскажет мне о том, каким же образом они появились тут в такое время. Обмен бесполезной информации на полезную, хм…

— Честно тебе скажу… сам не знаю. Генноске и Савако Амакава не посвящали меня в свои планы, а отца с матерью я вообще не помню. Память, в том числе о магии, мне возвращается постепенно. Возможность её использовать, в смысле магию, тоже.

— Понятно… понятно. Хм. В общем-то, всё как и ожидалось. Вот только никто, включая твоих неофициальных опекунов, Джингуджи, не ожидал от тебя такой прыти… поймать, пусть и по ошибке, в заложницы Куэс Джингуджи многое стоит, ха… Кстати, ты только смотри не ляпни где-нибудь о том, что я об этом знаю, а то между Тсучимикадо и Джингуджи будет скандал. Как там дочка Мерухи поживает?

Он знает? Нет? Проверка на вшивость, в смысле, на лживость?

— В последний раз, когда я с ней разговаривал, она не жаловалась.

Ну да, не жаловалась… очень хотела остаться. А я как хотел. Чуть голову не потерял, спасибо Сидзуке, что остановила.

— Айджи-семпай, ты хорошо умеешь играть словами, но всему есть свой предел. Будь любезен, скажи мне то, что меня интересует. А потом уже можем просто поговорить.

Глава Тсучимикадо вздохнул, якобы признавая, что понял, что его замысел, заключающийся в вытягивании всей возможной информации из меня, раскрыли.

— Юто-кун, прости, я должен признаться, что сказать без разглашения некоторых тайн я могу действительно немногое. Дело в том, что… Хм. О существовании этого аякаши четвёртый отдел знал уже долгое время.

Тоже мне новость.

— Я собираюсь как следует выбить правду из их регионального руководства по прибытию. Почему они не пошевелились раньше, почему не передали сведения нам, и так далее, по цепочке. Ведь если бы они намекнули о том, что самый неуловимый и изворотливый аякаши современности находится в Такамии, где сейчас к тому же проживает последний Амакава с родовой способностью клана…

Врёт и не краснеет. Идеальный контроль лица, как и ожидалось от главы сильнейшего клана круга экзорцистов. Даже эмоции в себе почти задавил ненужные. Но почти не считаются. Хвала Всевышнему, что я могу читать эмоции с помощью Чи. Кстати… самый неуловимый и изворотливый аякаши современности? Ха-ха, как приятно думать, что сейчас она, повязанная по рукам и ногам находится под прицелами поджидающих меня Гинко с Химари. Восстановится в энергетическом плане после полного истощения она не скоро — ко мне в контейнер она прыгнула абсолютно пустой, из-за чего её и не засекли. Так что моя предосторожность, связанная с отправкой сначала моих бойцов, а потом уже новой пленницы… или точнее сказать, уже нового возможного вассала, была обоснованной. В зависимости от того, что она скажет, у Райдзю будет два пути — на перерождение, как опасного преступника, который, пользуясь хитростью и моментом, напросился в Семью, или же, второй путь — на принятие магоформы подчинения, такой же, как и у Агехи.

251