— Как, наверное, ни странно это в твоём понимании, но если и существует группа, с которой я себя ассоциирую, так это моя новая семья… якудза. Но если ты имеешь в виду, к чему и кому я имею отношение в плане всех Амакава, то это будет скорее клан.
Анализ… Успешно, с незначительными погрешностями.
— Почему не род? Вернее я-то понимаю причину, твой «отец» был по большому счёту воспитателем и опекуном, а не родителем, так как это невозможно у пар человек-аякаши… уж прости ещё раз за такие специфические подробности.
— Юто, наш отец был мне отцом. Этим всё сказано и мне безразлично то, что он не был им биологически. — Нару.
Понимаю. Почему бы и нет?
— Тогда почему..?
— Я его не достойна. Ни его, ни его примера, который он желал показать работающим с ним в одной команде демонам. Поэтому и не ассоциирую себя с ним, а значит и с родом Амакава.
Молчим. Ну что я могу сказать… — Кстати, и ты меня прости, что не признала в тебе Юто Амакава, слишком уж ты… дееспособный мужчина для своих-то лет. Уж никак не ожидала от своего… сводного братика, кех-ке-ке-ке…
Она издевается? Не похоже.
— По этой же причине я не признала Гинко, которую отец всегда именовал кодовой кличкой вместо имени, но при этом всегда уважительно. Лучший боец группы, по его же словам, как-никак. Пусть я её и не видела ни разу в глаза, но… Да и твою, как её там, Химари… тоже не узнала, хотя могла бы догадаться. Просто бакэнеко не такая уж и редкость, к тому же она не показала при нашей с тобой встрече свою суть.
— Оправдываешься? — Я.
— Нет, я как раз веду к сути того, что тебе будет интересно. Так вот, хранители клана Амакава. Их всего пять, и твоя Химари одна из них. «Багровый клинок» Ноихары… ещё есть «самурай», «стиратель», «безумие» и «молния» Ноихары. Последней, как ты уже догадался, была моя мать.
Анализ… Успешно, на основе имеющейся информации.
Вот оно как.
— Генноске с Шиничи… не ладили? Из-за того, что мой отец не был магом, да ещё и каким-то образом уговорил одного из хранителей… пожертвовать собой?
Нару набрала было в рот воздуха, чтобы сказать обо мне и моих комментариях всё, что она думает, но уже через несколько секунд молчаливого раздумывания «сдулась».
— Если всё упростить до предела, то получается примерно так, как ты сказал. Генноске… твой дед, не сильно переживал, что его сын не владеет магией. Вроде как если не владеет сын, будет владеть с большей вероятностью внук, причём с хорошим потенциалом… опять же таки, это вроде бы как особенность фамильной магии, «света изменяющего», о котором отец мне иногда нехотя рассказывал. — Наруками.
«Твой дед», хм. Ну понятно, своим она его не признает, раз по её словам он виновен в пропаже отца.
— Нехотя рассказывал? Интересно… что же он думал о свете изменяющем? Да и вообще о клане в целом? Или не говорил?
— Да вот, говорил. Ему до осторчетения надоело отношение Генноске к демонам и даже людям как к инструментам. Особенно омерзительна ему была традиция выбора нового багрового клинка и передача ему силы старого. Ты ведь знаешь о чём я? Вижу, что знаешь. Так вот, Юто, твоего отца очень бы огорчило то, как его сын… его биологический сын, воспитанный этим мерзавцем Генноске, ведёт дела. Опять не род, не семья, а почти все — демоны со сломленной волей… если бы было иначе… нет, я просто не вижу как столько девушек добровольно живёт под одной крышей с ничем не примечательным на первый взгляд парнем, и смотрят при этом ему в рот влюблёнными глазами, пытаясь предугадать следующий приказ.
Проснулась при переноске ей Гинко и снова отключилась? Да, видимо так и было.
— Юто, наш глава, не такой, нано. Ты ничего ещё не знаешь, громовая ласка, а уже… — Сидзука вклинилась в наш разговор.
— Погоди, Сидзука, я хочу услышать её впечатление обо мне. Это важно.
— Как скажешь, глава… нано. — Водный дух.
— …Свои впечатления я тебе уже сказала. Из важного мне пока тоже больше нечего тебе сказать.
— Личности трёх хранителей, кроме «молнии» и «багрового клинка»?
— …Мне не известны. Отец редко когда говорил о клане, возвращаясь домой. — Нару.
— Моя мать. Что ты знаешь о ней?
— Ничего, кроме того, что у неё и папы был сын Юто, которого однажды, когда мне было шесть или семь лет, со скандалом и угрозами отобрал Генноске. Сама я этого не видела. Твоя мать жила отдельно от нас.
Всё интереснее и интереснее. Отобрал с угрозами, значит… Почему дед сам не сделал второго сына, когда понял, что первый не одарён? Впрочем, вряд ли Нару знает.
— Когда мы увиделись в первый раз, ты сказала, что действуешь согласованно с руководством группы, ассоциирующей себя с кланом. И при этом, ты хочешь клан Амакава уничтожить, по твоим же собственным словам не далее как минут двадцать назад. Как то это не стыкуется.
— Хорошо, что ты напомнил. Да, действительно, мы с этого и начали разговор, верно? Однажды ко мне подошёл… человек. Представился он Коджиро Накамура, но… можешь это имя не искать, я проверила, под этим именем оказался другой человек, пусть и как две капли воды похожий на того, с кем я говорила. Так вот, подошедший просто и без затей сказал, что знает, что я примазалась к Якудзе. И показал мне несколько компрометирующих меня фотографий… Юто, тебе лучше не знать, чем я занималась раньше, когда мне пришлось идти на улицу, после того, как пропал отец… Так вот, на момент, когда ко мне подошёл этот псевдо-Коджиро, я ещё была новичком в семье якудзы, если можно так выразиться. Так что если бы меня повязала полиция, из якудзы бы за меня никто не вступился. У нас неудачливых и дураков не любят… да, конечно, стоило бы пройти немного времени, и я заработала бы репутацию, благодаря своим нечеловеческим талантам, а младшие члены семьи встали бы за меня горой, как и я разбилась бы ради них в лепёшку, но это всё было бы потом, а не тогда. Тогда бы я была для полиции одним из обязательных козлов отпущения… но не это меня, разумеется, страшило. Полиция находится под колпаком проверки четвёртого отдела — всякие мистические случаи моментально попадают на стол к государственным оникири. Так несколько моих друзей аякаши… и даже один «гораздо-более-чем-друг» пропали прямо из застенок правоохранительных органов.